ФНС потребовала 3,36 млн рублей с компенсации за похищенные фуры. Верховный суд отменил доначисления

Транспортная компания потеряла за границей три грузовика вместе с грузом и получила из федерального бюджета 34,2 млн рублей компенсации. Налоговая включила выплату в доходы по УСН и доначислила 3,36 млн рублей налога. Три судебные инстанции поддержали инспекцию, но Верховный суд объяснил, почему компенсация реального ущерба не всегда образует налогооблагаемый доход.

Международные перевозки — бизнес, в котором один серьезный инцидент может обернуться многомиллионными потерями. А если груз и транспорт пропадают за границей, вернуть имущество или взыскать убытки с виновных лиц бывает особенно сложно.

В такую ситуацию попало ООО «Стар Транс», занимавшееся автомобильными грузоперевозками и применявшее УСН с объектом «доходы» по ставке 6%.

С 24 февраля по 25 апреля 2022 года компания перевозила грузы через территорию Украины. В этот период три принадлежавших ей грузовых автомобиля вместе с грузом задержали и изъяли. Компания обратилась в Следственный комитет России, а в июне 2022 года транспортные средства сняли с регистрационного учета.

Для перевозчика это означало не только утрату имущества. Перед владельцами груза тоже возникли обязательства: ущерб нужно было компенсировать.

Государство предусмотрело специальную программу поддержки российских международных перевозчиков, потерявших транспорт и грузы на территориях недружественных иностранных государств. На основании постановления Правительства РФ от 25 октября 2022 года № 1897 предоставлялись субсидии для возмещения такого ущерба.

В декабре 2022 года «Стар Транс» получил из федерального бюджета 34 216 812 рублей.

Казалось бы, государство компенсировало потери, возникшие в чрезвычайной для бизнеса ситуации. Но затем возник второй вопрос: должна ли компания заплатить налог с полученной компенсации?

Компания включила полученную субсидию в свою хозяйственную историю, но не учла ее в составе доходов, облагаемых по УСН.

При камеральной проверке декларации за 2022 год налоговая инспекция решила, что поступившие из бюджета деньги нужно включить в налоговую базу.

Аргумент был формальным: организация получила денежные средства, а специального исключения для такой выплаты в примененных инспекцией нормах Налогового кодекса налоговый орган не увидел.

По итогам проверки налоговая доначислила: налог по УСН — 3 362 250 рублей; штраф — 42 028 рублей.

Компания оспорила решение инспекции.

Она указывала, что субсидия предназначалась не для получения прибыли, а для компенсации конкретного ущерба — стоимости утраченных автомобилей и груза. Более того, деньги действительно использовали по назначению.

На возмещение стоимости утраченного груза компания направила 5 295 232 рубля. Еще 44 150 000 рублей потратила на приобретение седельных тягачей и полуприцепов.

Суммы расходов превышали размер самой субсидии, но суть спора заключалась не в арифметике. Главный вопрос был другим: можно ли считать компенсацию ущерба обычным налогооблагаемым доходом?

Сначала компания проиграла.

Арбитражный суд Брянской области, апелляционная инстанция и Арбитражный суд Центрального округа согласились с налоговым органом.

Суды исходили из того, что субсидия компенсировала потери, связанные с транспортом, который использовался в предпринимательской деятельности. По их мнению, выплата приносила компании экономическую выгоду и должна была учитываться при расчете налога.

Был и еще один аргумент — перечень доходов, не учитываемых при определении налоговой базы, не содержал прямого исключения для такой субсидии.

На первый взгляд логика понятна. Деньги поступили на счет, а значит, возникает вопрос об их налогообложении.

Но Верховный суд обратил внимание на то, что одного факта поступления денег недостаточно. Нужно учитывать правовую природу выплаты, ее назначение и реальный экономический результат для налогоплательщика.

18 апреля 2025 года Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного суда РФ рассмотрела дело № А09-12215/2023 и не согласилась с выводами трех нижестоящих инстанций.

Ключевое значение имело то, что субсидия предоставлялась в пределах причиненного ущерба. Ее назначение было конкретным: компенсировать потери от незаконного изъятия транспортных средств и перевозимого груза.

При этом установление виновных лиц и предъявление им требований о возмещении ущерба были существенно затруднены или невозможны.

Верховный суд проанализировал нормы о доходах при УСН во взаимосвязи с правилами налогообложения прибыли организаций.

Статья 41 НК РФ связывает понятие дохода с экономической выгодой, которую можно оценить. А налоговое законодательство в целом предполагает, что при определении налоговых последствий нужно учитывать реальный финансовый результат, а не только движение денежных средств.

Верховный суд отметил: правила о налогообложении субсидий и возмещении ущерба должны применяться с учетом того, возникает ли у налогоплательщика действительная экономическая выгода.

В этом деле компания получила деньги не за оказанные услуги, не за продажу имущества и не в качестве дополнительной прибыли. Субсидия компенсировала ущерб от утраты собственности. При объекте УСН «доходы» компания не могла уменьшить налоговую базу на обычные расходы, связанные с деятельностью, в том числе на соответствующие убытки.

Если одновременно включить компенсацию в доходы, налог фактически будет начислен на средства, которыми возмещается потеря имущества. Это означало бы налогообложение убытка, а не реальной экономической выгоды.

Верховный суд прямо указал: в обстоятельствах данного дела получение субсидии на компенсацию ущерба не образовало дохода для целей УСН.

Именно поэтому выводы нижестоящих судов были признаны ошибочными.

Верховный суд отменил судебные акты трех инстанций в части отказа компании признать решение налогового органа недействительным.

Требования «Стар Транс» в этой части были удовлетворены. Решение УФНС от 31 августа 2023 года № 2480 признано недействительным.

Это не означает, что любая субсидия или любая компенсация ущерба автоматически освобождается от налогообложения. Суд оценивал конкретную выплату, ее целевое назначение, обстоятельства утраты имущества и невозможность учесть соответствующие убытки при выбранном объекте УСН.

Именно совокупность этих обстоятельств определила результат спора.

История «Стар Транс» дает несколько практических ориентиров.

1. Сохраняйте документы о назначении выплаты.

Это соглашение о предоставлении субсидии, нормативный акт, устанавливающий условия программы, документы о размере ущерба и порядке его возмещения.

2. Подтверждайте сам ущерб.

В зависимости от ситуации это могут быть документы об утрате имущества, обращения в компетентные органы, претензии владельцев груза, договоры и документы о стоимости утраченных активов.

3. Доказывайте целевое использование средств.

Если выплата предоставлена на возмещение конкретных потерь, нужно подтвердить, что деньги использованы именно для этой цели. В деле «Стар Транс» суды не оспаривали целевой характер субсидии и достижение показателя результативности.

4. Анализируйте не только поступление денег, но и правовую природу выплаты.

Сам факт зачисления денежных средств на расчетный счет еще не отвечает на вопрос, является ли вся сумма налогооблагаемым доходом. Но и одно лишь название «компенсация» не освобождает от налога.

5. Проверяйте правила для конкретного налогового периода.

Особенно важно это для субсидий и компенсаций, порядок налогообложения которых менялся. Нельзя механически применять новые положения к прошлым периодам, не проверив переходные правила и содержание соответствующих норм.

«Стар Транс» потерял три грузовика вместе с грузом, получил от государства 34,2 млн рублей для возмещения ущерба, а затем столкнулся с доначислением более 3,36 млн рублей налога.

Три судебные инстанции поддержали налоговую. Верховный суд отменил их решения в спорной части, поскольку формальное включение компенсации в доходы не учитывало ее правовую природу и реальный экономический результат для компании.

Для налоговых споров важно не только то, сколько денег поступило на счет, но и то, что именно эти деньги компенсируют. Компенсация утраченного имущества и прибыль от предпринимательской деятельности — не одно и то же. Однако доказать это необходимо документами и ссылками на нормы, применимые к конкретной ситуации.

Источник: определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 18 апреля 2025 года № 310-ЭС24-23706 по делу № А09-12215/2023.